История Интересности Фотогалереи Карты О Финляндии Ссылки Гостевая Форум translate to:

I.4 Петербуржцы овладевают деревнями Перешейка

Э. Кяхенен. Прежние Терийоки. - Коувола, 1982

Постройка железной дороги сняла проблемы с транспортом, но это же вызвало и столь большое желание петербуржцев приобрести земельную собственность на территории Финляндии, что крестьянин оказался в опасности уступить им всю свою землю. "Песок Финского залива, хвойные леса и спокойствие местности привлекали всё больше петербургских жителей, которые хотели уйти от городского шума и обрести естественное окружение. Приобрести дачу в Финляндии - это была мечта и надежда, которая осуществлялась для многих жителей Петербурга. Были и такие, которые построили себе основательные зимние дачи, чтобы постоянно жить в Финляндии", - так пишет поселившийся в Оллила петербуржец Бренев.

Жителями первых дач были преимущественно зажиточные люди, которые выстроили себе великолепные здания с чудными парками вокруг. Очень многие из них принадлежали к петербургской немецкой и международной интеллигенции, не имевшей в отношении Финляндии и финнов тех предрассудков, которые господствовали среди российских патриотических славянофильских и правящих кругов. Поэтому их отношения с местными жителями были хорошими и дружественными. Они жили здесь только летом и поддерживали тяготение к прогрессу многих жителей деревни. Между прочим, организация народных школ получила от них денежную помощь.

Первым, кто проводил здесь лето и поистине стал инициатором освоения деревни Терийоки под дачи, может считаться живший в Петербурге статский советник Рафаель фон Гартман. Он оценил красоту местности и устроил здесь в 1898 г. роскошную дачу. Эта "Вилла Алиса" располагалась неподалёку от казино. Вскоре приобрели здесь земли друзья семьи и друзья этих друзей и построили дачи здесь, в чудной местности на берегу Финского залива, среди благоухающих хвойных лесов и дюн. Стало модным то, что петербургские дипломаты и прочая знать приезжали сюда провести лето. Фон Гартман был душой общества. По его инициативе были начаты строительные работы и со временем появилось казино для времяпрепровождения отдыхающих летом (Марта фон Гартман, "Гонимый ветром"). И вот вдоль песчаного побережья одна за другой возникают дачи. Если до 1902 г. крестьянин не мог продать даже непригодную для посева песчаную землю, то многие петербуржцы строили ещё до того на участках для застройки многочисленные дачи и сдавали их в аренду. Вскоре прибрежные деревни - Пухтула, Лаутахянтя и Тулокас - наполнились дачниками. Вслед за зажиточными людьми, у которых были собственные дачи, стали появляться люди средних сословий и даже служащие, которые арендовали жильё у местных жителей. Многие домохозяева сдавали в аренду на лето собственное жильё и жили в банях или наскоро построенных "летниках". И теперь среди приезжающих на лето был всякий народ: князья и конторщики, придворные и швеи, генералы и лавочники и т. п.

Приезжали сюда из Петербурга на летний отдых и финны.

Уже со времён основания Петербурга в нём начали поселяться и финны. Во второй половине 1800-х гг. их там было так много, что столицу России можно было назвать "третьим по величине городом Финляндии". Они приходили сюда на строительные работы и на службу, в том числе должностными лицами и офицерами. Железная дорога от Раяйоки до Петербурга принадлежала Финляндским властям, которые проводили своих людей и на так называемый Финляндский вокзал. Большой город предоставлял для этого разнообразнейшие возможности. По данным на 1919 г., в Петербурге жило 17104 финна, что составляло тогда 0,92% населения города. Во время революции их было уже почти 20000. Они занимались самыми разными занятиями, но преимущественно в сфере ручного труда. Среди всех петербуржцев, занимавшихся ручным трудом, в 1869 г. финнов было 5,3%. Среди них было сапожников 902, портных 507, трубочистов 176, часовщиков 94, металлистов 1265 и ювелиров 640. Среди последних финские исполнители были известны как умелые и знающие мастера. Целая группа их работала, между прочим, на службе у царского всемирно известного придворного поставщика, ювелира Фаберже. Изделия Фаберже изготовлены в мастерских многими мастерами, в том числе и финскими. У Фаберже были свои художники, которые проектировали и рисовали модели, которые затем изготавливались мастерами. Особенно искусны работы трёх мастеров - Виктора Аарне, Эдварда Коллина и Генрика Энгстрема.

Когда окрестности Терийок превратились в место летнего отдыха, многие петербургские финны приобрели там себе места для дач. С изменением обстановки в 1917 г. то один, то другой из них оставались здесь насовсем. Прославленный ювелир Генрик Иммануил Энгстрём купил в Оллила участок для дачи и жил тут с семьёй до самой смерти (1928 г.). Его сын основал предприятие в Хельсинки, но летом жил в Оллила. Другой мастер Фаберже, Стефан Вяневя, часто проводил лето в Оллила на даче у своего зятя, Адама Херттуайнена, мастера по серебру. Херттуайнен был младшим поставщиком Фаберже: изготовлявшееся им столовое серебро продавалось через посредничество Фаберже. После революции и Херттуайнен поселился на постоянное жительство в Оллила, а в Райайоки обосновался ранее приезжавший лишь на лето часовой мастер Нисканен. В Терийоки переехал Андреас Иванович Певалайнен. Он также был из числа мастеров Фаберже, и его сын Арвид основал в Терийоках ювелирное (по золоту) предприятие. Много было и других финнов из Петербурга, которые лето проводили на побережьи. Очень многие нашли здесь пристанище после революции.

Количество дач было уже в 1908 г. в Терийоках 1400, в Куоккала 762, в Оллила 440 и в Келломяки 500, всего по территории 3102, что было третью всего количества дач на Перешейке. Приезжающих на лето было, конечно, во много раз больше. В Терийоках тремя годами позднее их было 55000, тогда как деревенских жителей было только 2400. В Куоккала, где финнов тогда было 1600 душ, летом было 30000 петербуржцев. Точные данные о проживании чужеземцев на дачах, как и об их численности на территории Терийокской волости получить невозможно, но можно полагать, что в 1914 г. там было около 140000 иностранцев.

У многих финнов может быть такое представление, что здешние крестьяне непосредственно отдавали свою землю русским. Выше показано, что власти Финляндии, по существу, были основоположниками и пособниками в этом. Когда же потом крестьянин получил право продавать землю, то очень немногие из них всё же продавали пахотные земли, пригодные под поля. Например, в Терийоки, где многие земледельцы продавали участки под застройку, сохранились совсем целинные участки, например, в Кякёсенпяя, где, в частности, Пааво Тикка, Йоосеппи Сипиляйнен и Саккари Сипиляйнен не продали ни пяди. Если же со временем тот или иной участок земли и попадал к русским, продавались непригодные для посева земли - сосновый лес на песках, гравийные бугры и т. п. Крупнейшими местами дачной застройки, бывшими в своё время во владении сельских жителей Терийок, были сосновые леса с вереском на песках в Келломяки и Канерва, песчаные территории Дюн в Оллила, прибрежные пески в Куоккала. Наконец, участки для застройки стали пользоваться таким спросом, что продавались заболоченные места, где ни один финн не поставил бы свой дом.

В своей книге "Вопросы Карельского перешейка" Эркки Пааволайнен объяснил, почему крестьяне вообще продавали земли русским. Согласно одному опросу, проведённому в 1907 г. (охватившему 366 случаев), 24% опрошенных причиной продажи земли назвали задолженность и 30,3% - бедность. Лишь 15% случаев проистекали из желания спекуляции, и в 11,2% причиной были старость, болезнь, недостаток рабочей силы, недоразумение или что-то подобное. 15,6% случаев были такими, когда продавал состоятельный человек, у которого были хорошие посевы, и 3,8% опрошенных не пояснили причину. По этому исследованию нельзя делать далеко идущих суждений. Надо помнить, что цены на землю вследствие большого спроса были высоки, и соблазн продать землю был велик. Бесполезные земли в глухом лесу или заболоченные оценивались по 600 марок за гектар, что по тогдашнему курсу денег было бешеной ценой, а за лучшие земли - многие тысячи. Часто несведущий в торговле крестьянин, не понимая ценности земли, продавал её, будучи в затруднительном положении, за предложенную покупателем цену. Например, хозяин продавал своё имение за 20000 рублей, новый владелец продавал его сразу двумя участками, получая за них 40000 и в конце концов получал ещё 20000 рублей. О такой торговле рассказывает один изучивший положение на Перешейке стипендиат в начале столетия.


Предыдущая глава  Следующая глава


Последние комментарии:





История Интересности Фотогалереи Карты О Финляндии Ссылки Гостевая Форум   

Rambler's Top100 page counter ^ вверх


© terijoki.spb.ru 2000-2017